|
«Придите ко Мне, все измученные и
обремененные, и Я успокою вас; возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо
Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим»
(Мф. 11:28–29)
Вырос я в неверующей семье и считал Бога выдумкой для темных, невежественных
людей. В детстве у меня были очень хорошие способности к учебе, но фальшь и
лицемерие некоторых школьных учителей, да и всей советской
показушно-уравнительной системы образования, отвратили меня от учебы. Взамен
этого меня привлекла блатная романтика и идеализированный образ благородного
героя-преступника. Нравы улицы, ее законы и ценности стали моими, ими я начал
жить и в них утверждаться, и итог не замедлил сказаться: в шестнадцать лет я
оказался на скамье подсудимых...
Пять лет я провел за решеткой. За это время я многое понял, увидел тюремную
жизнь без прикрас, и ореол блатной романтики рассеялся как дым. Когда я вышел на
свободу, я уже не хотел возвращаться к преступной жизни. Мне хоте-лось чего-то
добиться в этой жизни, достичь уважения и положения в обществе, преуспеть
материально. Итак, я развил бурную деятельность: поступил учиться в престижный
институт, пошел на курсы английского языка и в автошколу сдавать на права. Нашел
«непыльную» и хорошо оплачиваемую работу. Кроме того, занимался мелким бизнесом.
В то время я не пил, не ку-рил, занимался спортом, энергии у меня было более чем
достаточно. Внешне я преуспевал, у меня была перспектива, я приближался к
достижению поставленной цели. Казалось бы, чего еще желать?
Но в душе росла неудовлетворенность и внутренняя пустота. Первая эйфория от
свободы и успехов в новой жизни прошла. Я чувствовал, что в моей жизни чего-то
не хватает, но чего? К сожалению, в то время я не знал, что пустоту в
человеческом сердце может заполнить только Бог, Творец, и попытался заполнить
эту пустоту алкоголем. Это давало на время иллюзию облегчения. Жизнь снова
казалась насыщенной и интересной, но потом становилось еще хуже. Выпив, я
становился злым, агрессивным и совершал необдуманные поступки. Долго так
продолжаться не могло. Демон, вселявшийся в меня вместе с алкоголем, выжидал
лишь удобного момента, чтобы столкнуть меня в бездну. Вскоре этот момент
наступил...
Я возвращался со свадьбы приятеля и был изрядно пьян. По дороге я сцепился с
таким же пьяным, как и я, мужиком, и у нас с ним завязалась ссора, во время
которой он очень грубо и грязно меня оскорбил. Это привело меня в такую ярость,
что, не помня себя от гнева, я набросился на него с такой злостью, словно в меня
вселился сам сатана. Что было дальше, я помню плохо, обрывками: ругань, удары,
кровь... Я не понял тогда, что натворил. Когда на следующий день меня
арестовали, я с ужасом узнал, что, во-первых, убил человека, а во-вторых, этот
человек оказался офицером милиции, оперуполномоченным уголовного розыска.
Не могу передать, что мне пришлось испытать после ареста. Это был ад уже здесь,
на земле. В милиции ко мне применяли все мыслимые пытки, мстя за смерть своего
коллеги. Но я не держу на них зла, наверное, я заслужил и большего. Наконец
период дознания и истязания для меня закончился, и меня отвезли в следственную
тюрьму. Там меня уже никто не трогал. Я вздохнул с облегчением, но ненадолго –
вскоре для меня началась пытка гораздо хуже физической. На следствии я узнал,
что всеми правдами и неправдами меня хотят подвести под «вышку» – смертную казнь
через расстрел. Как мог, я пытался этому сопротивляться, пробовал даже
симулировать психическое заболевание. Но все было напрасно, и петля все туже
затягивалась вокруг моей шеи. Когда закончилось следствие, меня обвиняли по
четырем пунктам, по каждому из которых в отдельности мне могли дать «вышку». Это
было ужасно, я не хотел верить, что я, молодой (мне было только 22 года),
здоровый, полный энергии, сил и планов, могу скоро умереть. Но я понимал, что
это суровая правда, и мое бессилие, невозможность ничего изменить приводили меня
в отчаяние.
Страшился я не столько физической смерти (я понимал, что она займет лишь
минуты), а того, что за ней последует: этой пугающей неизвестности, в которой, я
инстинктивно чувствовал это, меня не ждет ничего хорошего. Я очень много об этом
размышлял, пытался проникнуть в тайну небытия. И однажды мне вдруг с ужасающей
ясностью открылось, что со смертью все не заканчивается, есть загробная жизнь,
иное бытие. В тот момент я поверил, что есть Бог, Судья праведный, и меня как
убийцу Он непременно отправит в ад. Это открытие привело меня в ужас, я не хотел
попасть в ад, хотя имел о нем очень смутное представление. Я понимал, что это
страшное место мучения грешников, где нет прощения.
К сожалению, я тогда практически ничего не знал о Господе Иисусе Христе, Который
умер за мои грехи и мог даровать прощение, спасение и жизнь вечную. Поэтому
выхода я не видел. Безысходность приводила меня в полное отчаяние, с каждым днем
моя душа все глубже погружалась во тьму, угасали последние искорки надежды, и я
уже словно чувствовал ледяное дыхание смерти.
И вот в один из дней, когда мне было особенно плохо, я вдруг услышал перезвон
колоколов небольшой православной церквушки, расположенной недалеко от тюрьмы.
Слышал я его много раз и до этого, не обращая на него никакого внимания. Но в
этот раз словно Сам Бог заговорил к моему сердцу и позвал меня. Словно какая-то
сила подтолкнула меня к окну. Я залез на него, ухватился за решетку и со слезами
начал просить Бога простить меня и оставить мне жизнь, обещая больше никогда не
грешить и не делать никому зла. После этого мне стало намного легче, хотя я не
знал, услышал ли меня Бог и ответит ли Он мне, но в душе снова ожила надежда,
что я буду жить...
Вскоре после этого начался суд, который продолжался с перерывами почти восемь
месяцев. Психологически мне было очень тяжело: суд, прокуратура, милиция – все
жаждали моей крови, а мне было очень стыдно перед людьми за то, что я натворил.
Но Божий суд милосерднее человеческого. Он ответил на мою молитву. И, хотя люди
желали мне смерти, Бог рассудил иначе. Меня приговорили к пятнадцати годам
лишения свободы в колонии строгого режима. Я был очень рад. Срок, конечно,
большой, думал я, но и он когда-то закончится. Главное, что я остался жив.
Но в то время я не был возрожден, не знал Иисуса Христа, не имел Духа Святого, а
поэтому и не имел силы, да, впрочем, и желания жить так, как я обещал Богу.
Через полгода после вынесения приговора меня привезли в лагерь. К этому времени
я уже полностью жил прежней, греховной, тюремной жизнью: пил, курил, ругался,
играл в карты и т. д. Я ожесточился, обозлился и, как говорится, «потерял
тормоза» – за три месяца я совершил кучу нарушений, несколько раз отсидел в
карцере...
Когда я снова попал в карцер за пьянку, я уже полностью забыл о Боге и о своем
обещании Ему. Казалось, и Он забыл обо мне: ну зачем я Ему такой нужен? Но нет,
Он помнил обо мне, помнил, что я обращался к Нему, призывал Его имя, а ведь
«всякий, кто призовет имя Господне, спасется» (Рим. 10:13).
И вот однажды дверь нашей камеры открылась, и к нам завели человека, который
прямо с порога представился христианином. Это Бог прислал ко мне Своего слугу.
Этот человек нас очень удивил. Мы никогда не встречали в тюрьме верующих. Мы все
окружили его и засыпали вопросами о его вере, на которые он старался отвечать.
Но интерес к нему скоро угас, а вопросы превратились в насмешки. У всех, но не у
меня. Чем больше я его слушал, тем больше у меня появлялся интерес к его словам.
Мне казалось, что он говорит о том, что я, сам того не сознавая, искал всю свою
жизнь, и я готов был слушать его без конца. Несколько дней мы беседовали с ним,
не обращая внимания на насмешки сокамерников. Он свидетельствовал мне о себе,
рассказывал о Боге, о Христе и Евангелии, читал из переданной ему Библии. Это
казалось слишком прекрасным, чтобы быть правдой, – прощение, оправдание, новая
счастливая жизнь с Богом и вечность в раю. Неужели все это возможно для такого
большого грешника, как я?
Несколько дней я боролся с сомнениями, думал о трудностях, которые могли у меня
появиться как у верующего, сомневался, смогу ли я устоять и не вернуться к
старым грехам. Но брат терпеливо объяснял мне истину, подкрепляя свои слова
Писанием. И Слово Божие, живое и действенное, победило все мои сомнения, неверие
и страхи, и я решился. Ночью, когда все спали, я обратился к Богу, покаялся в
своих грехах, принял в сердце Иисуса Христа и попросил простить меня, принять,
очистить, изменить. С каждым словом тяжесть спадала с моего сердца, и я
чувствовал небывалую легкость. Когда я закончил молиться, я уже не был прежним,
что-то во мне изменилось, я стал другим, новым человеком.
Неземная радость переполняла мое сердце. Грязная камера казалась царским
дворцом, люди, большинство из которых я раньше откровенно презирал, теперь были
замечательными... Господь наполнил мое сердце любовью, и я любил всех: друзей,
врагов, ближних и дальних, обо всех хотелось заботиться, всем помогать, делать
добро. Никогда в жизни мне еще не было так хорошо. Несмотря на стесненные
обстоятельства, в этот день, день моего спасения, я впервые был по-настоящему
счастлив. Это было в октябре 1993 года. Я никогда не перестану благодарить
Господа за то, что не я Его нашел, а Он меня нашел на самом дне этого мира, омыл
меня Своей святой кровью, возродил от смерти к жизни и дал власть быть Его
чадом. Слава, честь, хвала и благодарение Ему за все!
С тех пор прошло восемь с половиной лет. Господь чудесным образом изменил мою
жизнь. И хотя трудностей, проблем, испытаний здесь хватает, все это ничто по
сравнению с превосходством познания Господа Иисуса Христа. Так что я себя считаю
счастливым человеком. И хотя я сижу в тюрьме, в Христе я имею высшую свободу,
свободу от рабства греха, от страха смерти, от мира, плоти и дьявола. Конечно,
мне еще очень далеко до совершенства, но я верю, что «Начавший во мне доброе
дело, будет совершать его даже до дня Иисуса Христа» (Флп. 1:6).
Саша БАТКИН
|
