|
Недавно слышал проповедь, в которой приводился пример, тронувший меня до глубины
души. Вот его содержание:
- На нашей родине, в Оренбуржье, зимой очень много снежных буранов. Путники,
застигнутые непогодой, с трудом находят дорогу. И тогда люди стали применять как
указатели толстые стебли подсолнечника, которые ни к чему не пригодны, даже на
топку. Идёт путник по дороге и ставит такую веху, чтобы следующий мог видеть
этот ориентир и знать, что он на верном пути.
Такими вехами-указателями можем стать и мы, христиане. В глазах „мира сего" мы,
может быть, тоже никуда не пригодны, как и стебли подсолнечника, но мы можем
служить указателями ко Христу. Грешник, встречая такой указатель, может
остановиться, задуматься над своей жизнью и свериться, на правильном ли он пути.
Боже, в ночи этой тёмной Ярче факел мой зажги, Чтоб, Тобою обновлённый, Мог на
ниву я пойти...
Такие „вехи" были и на моём пути, и я благодарен Богу, что в моей жизни встретил
таких людей-христиан, которые привели меня к переоценке моих взглядов, жизненных
ценностей, что я другими глазами увидел мир.
Жил я, как и все люди „мира сего": в раннем детстве слышал истории из Библии,
которые быстро забыл. В моей памяти ещё живы пьянки отчима, ругань, скандалы,
побои, разбитые стаканы. В такой обстановке я рос, но мать всегда старалась
прививать нам доброе и хорошее. В 1971 году в нашем доме произошли серьёзные
изменения, тогда я этого не понимал: моя сестра Роза обратилась к Богу. В доме
стали слушать по магнитофону христианские записи. Декламации „О десяти девах",
„Первая смерть на Земле" и гимн „Боже мой, от Тебя не скрыты мои тайны" трогали
моё сердце. Сейчас я понимаю, что Бог уже тогда начал стучать в моё сердце. В
собрание ( церковь) я не ходил и почему-то сильно не хотел. В 14 лет вступил в
комсомол (был по-юношески идейным ). По природе своей я мечтатель и очень чутко
воспринимал всё, что нам преподносилось в школе; в мечтах я совершал подвиги,
строил города, гордился героями. Учителя призывали любить свою Родину, и я любил
её по-детски чисто. Бывало еду на велосипеде и пою: „Люблю тебя, мой край
родной, о, как мне дорог ты..." Кругом степь, высокое небо, и все кажется таким
величественным.
Поступил в училище, стал иногда выпивать, сквернословить. Много стал читать
книг, но постоянно ощущалась какая-то пустота, тоска, чего-то не хватало. Иногда
ко мне приходил мой ровесник Иван В., он был верующим. Придёт утром, часов в
девять, и приглашает в церковь; а я ещё в постели, он меня зовёт, а мне страшно
не хочется, ищу отговорки. Медленно встаю, иду на турник, а он всё терпеливо
ждёт, но в конце концов он уходит. Так было раза три, и он перестал ходить. Так
и Господь зовёт, приглашает, но не вечно Он будет звать, когда-то будет поздно
Однажды к нам приехал брат из Риги Артур Р., он был никой-то другой, он был
христианин. Он очень хорошо пел и однажды, прервав пение, спросил меня
- Иван, а ты веришь в Бога?
Я не знал, что ответить, и промямлил что-то вроде:
- Ну, вообще я не против.
Всё это меня очень взволновало.
Прошло ещё несколько лет, я всё также жил во грехах, приходил домой пьяный. Мать
с укором смотрела на меня и в слезах говорила: „Неужели ты хочешь быть таким,
как твой отчим?" И это давило меня сильно. С работы приходил домой опустошённый,
разочарованный в людях, грешил очень много в словах, делах и мыслях. Я изнемогал
от пустоты, бессмысленности своей жизни; кино, танцы, выпивки - всё это не
давало мне удовлетворения.
Весной я уходил в армию. Перед уходом в военкомат мать позвала меня в комнату и
говорит: „Иван, давай помолимся, может быть, мы с тобой больше уж никогда не
увидимся".
Я впервые встал на колени, я не молился, но слушал плач и молитву матери, и
что-то сильно защемило в моём сердце. Так я ушёл из дому на службу, было это в
мае 1977 года.
До места службы добирались в прокуренном вагоне: пьянка новобранцев, ужасное
зловоние и ни капли воды - это было первое впечатление. Я представлял себе
службу в армии как что-то хорошее, благородное, как в книгах. На деле я увидел,
что всё строится на сквернословии, на унижении человеческих достоинств, на
побоях. И всё это повергло меня в отчаяние, я разочаровался в людях. В свободные
минуты я стал вспоминать стихи, которые слышал дома, стал про себя молиться.
Стоя ночью на посту, видел прекрасное звёздное небо, стал много размышлять.
Тринадцатого июня я впервые воззвал к Богу в сознательной молитве: „Господи, я
знаю, что Ты есть, я благодарю Тебя, я хочу быть Твоим, помоги мне!" Мне стало
легко и хорошо на душе, я почувствовал, что я не один, со мною был Бог. Но тогда
я не знал, что я грешник, что мне надо каяться во грехах, что Христос умер за
меня. А всё это было по причине незнания Слова Божия.
Через полтора месяца со мной произошёл несчастный случай и я едва не лишился
жизни: поездом мне оторвало ногу. Истекая кровью, я полз и молился Богу, чтобы
Он помог мне и спас мне жизнь. Позже я попытался выразить это в стихах:
Пылала степь полудним зноем,
Сил нет ползти, а смерть близка.
Кровь, как река, бежит из раны,
А я один, и смерть близка.
Сознанье стало притупляться,
Дорога вот уже видна.
А сердце тише, тише бьётся,
А я один, и смерть близка.
И Бог меня там не оставил.
Он дал мне силы доползти
До той дороги, где подняли
Меня, без сил, три женщины.
Они мне помощь оказали
И, сострадания полны,
В ближайший госпиталь отправив,
Домой испуганно пошли.
Очнулся я в большой палате,
Был дивный вечер, тишина.
Сестра склонилась надо мною: -
Ты жив? - Я жив! - воскликнул я.
Господь, Спаситель мой, я счастлив,
Что жизнь мне снова подарил,
И мне, забытому солдату,
Любовь спасения явил.
Состояние,
в котором я находился в те минуты, было безнадёжным: я должен был умереть от
потери крови. Но Господь сохранил мне жизнь. Много болей мне пришлось
перетерпеть, зажав в зубах подушку, культя долго не заживала. В госпитале я
прочитал много книг Толстого, Короленко и других авторов. Особенно понравилось
"Воскресение" Льва Толстого, в этой книге было много выдержек из Библии. Я часто
думал о том, как мне, еще не утверждённому в вере, Господь даровал покой и мир в
сердце. Я вовсе не отчаивался, не унывал, что остался калекой. Рядом со мной
мучались и плакали, проклиная всё на свете, офицеры и солдаты без ног, без рук,
а во мне царил мир, который даёт Бог, и его не может отнять никто.
Вернувшись домой, я попал на собрание верующих, где меня встретили с радостью и
очень приветливо. Впервые я услышал истину об Иисусе, о Его любви, о великом
плане Божием. Было Рождество. В феврале 1978 года наша молодёжь поехала в
Оренбург. Собрание было в старом доме, была проповедь, пели гимн, в припеве
которого были такие слова: „Иисус мой - источник в земле сухой..."
Господь явился ко мне во время пения этого гимна, и я увидел всё, что Он сделал
для меня грешника, как спас меня от духовной и физической смерти, что Он мой
источник. Я молился и плакал, и неописуемое счастье наполнило моё сердце. Так я
познал любовь Христа, Что к новой жизни призывает, Даёт мне радость и покой И
гимн хвалы в душе слагает.
Хотя моё богопознание и было ступенчатым, я всё же счастлив, что я Его дитя.
Как необходимо нам сегодня всем свидетельствовать о любви Христовой, чтобы все
люди могли услышать весть о спасении. „О, вы, напоминающие о Господе! не
умолкайте",- говорит нам пророк Исайя ( Ис. 62,6).
Летом 1978 года я принял крещение по вере и по милости Его вот уже 18 лет
стараюсь служить Ему всей своей жизнью.
Иван ШНАЙДЕР
|
