Свет Жизни

Валла и многие другие лишили человеческую волю всякой свободы. То есть все происходит по повелению Божию. Это воззрение развилось в спорах со стоиками и привело к упразднению представления о случайности добрых и порочных деяний, - а по существу, [случайности] всяких действий, совершаемых даже животными и стихиями. Я уже говорил, что мы не должны принимать в Церкви стоические представления и поддерживать фаталистическую неизбежность всяких вещей, - скорее, нам следует согласиться, что некоторая случайность имеет место. Убийство Александром Клита не было неизбежно.
Более того, не следует смешивать спор о Божественном предопределении с вопросом о свободе выбора. Ибо когда мы рассуждаем о воле человека и о прочих человеческих силах, рассматривается только человеческая немощь, а не все силы человеческой природы целиком. Мы должны принимать во внимание тьму, в которой пребывает наш разум, а также немощность нашей воли и нашего сердца. Церковь выдвигает учение о человеческой немощности не для того, чтобы насаждать стоические представления, равно как не для того, чтобы сковывать наши умы путаными и неразрешимыми аргументами, но для того, чтобы явить добродетели Сына Божия, Который пришел, дабы разрушить дела диавола, причинившие ужасные повреждения человеческой природе.
Несведущих людей надо предупредить, что эта терминология взята из физического мира и связана с человеческими представлениями. Следует соотносить эти термины с языком Апостолов и пророков.
Человек обладает способностью к познанию и суждению, называемою разумом (mens). Интеллект, или рассудок также является частью процесса познания. Другой элемент человека - это стремление , называемое волею (voluntas), которая либо повинуется, либо противится рассудку. Воле подчиняются желания чувства и привязанности, обиталищем и источником которых является сердце. Эти желания иногда следуют, а иногда противоречат воле. Воле подчиняются также физические силы человека. Мы более подробно объясним эти вещи, когда будем рассматривать физический мир.
Более того, единство разума и воли называется свободным выбором (arbitrium). Говоря иначе, свободный выбор - это наименование, данное силе воли, или ее способности избирать и искать, либо отвергать то, что было ей предложено. Эта способность, или этот дар, существующий в нашей природе, изначально был куда сильнее, теперь же многими путями ему нанесен ущерб, что мы еще обсудим позже. Но сейчас я хочу объяснить значение термина в его наиболее общем употреблении. Именно по своему свободному выбору Фабриций не пожелал принять золота, принесенного Пирром, и Антигон не захотел смотреть на принесенную ему голову убитого Пирра. Более того, в Писаниях пророков и Апостолов как слово "разум", так и слово "сердце" употребляется в значении "интеллекта" или "воли", в истинном значении этого слова, а не в смысле притворного желания, то есть в понятие "воли" включены человеческое суждение и его истинные, сокровенные желания, а не только внешние дела. Существуют также свидетельства о продолжительных дебатах вокруг термина "свободный выбор", которые могут быть легко оценены теми, кто ими заинтересуется. Обойдя эти [досужие] рассуждения стороною, мы обратимся к самой сути дела.
Ибо когда возникает сомнение по поводу того, свободна ли человеческая воля, или когда в Церкви задается вопрос, способна ли человеческая воля подчиняться Закону Божию, и в какой мере, - мы не можем судить об этом, не рассмотрев огромность нашего врожденного греха, или нашу естественную немощность, а также не зная, что нам заповедано Законом Божиим не только совершение внешних деяний, но также неизменная и совершенная покорность всей нашей человеческой природы, основанная на заповеди: "Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим..." Ибо если бы природа человека не была извращена грехом, то он обладал бы более ясным и прочным познанием Бога, у него не было бы сомнений относительно воли Божией, он имел бы истинный страх Божий, истинное упование, и, в конце концов, он являл бы покорность всему Закону Божию, то есть в природе человека свет познания Божия сиял бы ярче, и все его деяния сообразовывались бы с Законом Божиим. Но теперь человеческая природа находится под бременем наследственной болезни, она исполнена сомнений о Боге, она не имеет истинного страха Божия, она не имеет истинного упования на Него, равно как не пылает любовью к Нему, и полна гнусных наклонностей. Итак, поскольку очевидно, что человеческая природа никак не может исполнить Закон Божий, мы задаем вопрос: "Что и в какой мере способна совершить человеческая воля?"
Вот мой первый ответ - поскольку в человеческой природе сохраняется некоторое суждение и стремление к вещам, противоречащим разуму и чувствам, в ней сохраняется также и стремление к внешним мирским делам. Так, человеческая воля может своими силами и без обращения совершать некоторые внешние деяния Закона. Это та свобода воли, которую философы совершенно обоснованно приписывают человеку. Ибо Павел, проводя разграничение между праведностью плотскою и духовною, признает, что невозрожденные люди имеют некоторую любовь и совершают некоторые внешние деяния Закона, воздерживаясь от убийства, от воровства и от насилия. Он называет это праведностью плоти .
Действительно, Бог заповедал такой порядок и для невозрожденных, карая его нарушение в этой жизни самым решительным образом, о чем ясно свидетельствуют несчастья, обрушивающиеся на убийц и кровосмесителей. Так, в 1Тим.1:9 сказано: "Закон положен не для праведника, но для беззаконных и непокорных, нечестивых и грешников, развратных и оскверненных", то есть он необходим для обуздания невозрожденных и наказания непокорных. Также мы читаем: "Закон был для нас детоводителем..." (Гал.3:24) - то есть тем, кто направляет и научает, и далее сказано: "...ко Христу". Общественный порядок под-держивается подобными библейскими утверждениями. Ибо, хотя дисциплина не приносит прощения грехов и не является тою праведностью, которою мы провозглашаемся оправданными перед Богом, все же она необходима для того, чтобы нас можно было, помимо прочего, научать о Христе. И Святой Дух не действует в упрямце, предающемся похотям вопреки голосу своей совести. Однако мы обсудим позже, зачем эта дисциплина необходима. Сейчас же мы лишь желаем продемонстрировать на основании библейского фрагмента, говорящего о праведности плоти, что существует определенный выбор, то есть некоторая свобода выбора у невозрожденного человека в исполнении внешних дел Закона.
И все же нам следует знать, что этой свободе существенно препятствуют два фактора - немощность, в которой мы родились, и диавол. И, поскольку порочные похоти человека весьма активно воздействуют на его разум, люди часто, вопреки суждению ума, повинуются этим похотям даже в тех случаях, когда они могли бы сдержать себя, проявив некоторый самоконтроль, как говорит Медея: "Я вижу лучшее и одобряю это, но все же я следую худшему и низменному". И как Павел свидетельствует в Ефес.(2:2) и далее, что диавол действует в беззаконных. Здесь он [диавол] также всяческими путями препятствует наведению порядка во всей нашей жизни и побуждает многих слепо и необдуманно бросаться в самые ужасные пороки. Именно это ясно и определенно было сказано о Сауле и Иуде: "Вошел в него Cатана" (см.1Цар.16:14; Иоан.13:27). И великое безумие присуще идолопоклонничеству, свирепости тиранов, а также гражданским войнам, как, например, в случае, когда Ганзеи и многие другие сжигали собственные города и повергали себя, а также своих жен и малых детей в пламя - это очевидные дела диавола. Роду человеческому свойственна великая немощность, о чем свидетельствуют исторические события всех времен, равно как и наш повседневный быт, в которых столь велико число несчастий, что все языческие мудрецы недоумевают - откуда происходят все эти беспорядки, скорби и беды. Но среди всех этих несчастий сохраняется все же некоторая благость, некоторая свобода управления нашими внешними деяниями, способствующая некоторому совершенствованию.
Во-вторых, в Церкви Божией мы говорим не только о внешнем поведении, но также и о полном исполнении Закона в сердце. Разум невозрожденных полон сомнений о Боге, их сердца не имеют истинного страха Божия, не имеют истинного упования и преисполнены стремления поступать вопреки Закону Божию. Наконец, человеческая природа угнетена и подавлена грехом и смертью, и величина этого порока непостижима для человеческого понимания, но открывается лишь в Слове Божием. В этом Слове ясно и определенно сказано, что люди не обладают свободою и не в состоянии, преодолев эту свою врожденную испорченность, победить смерть. Эта великая и чрезвычайная извращенность рода человеческого очевидно проявляется, когда ослабляется свобода воли. Ибо воля не в состоянии устранить нашей врожденной греховности, равно как не в силах исполнить Закон Божий, ибо этот Закон не только предупреждает о вечном наказании и о несовершенстве наших дел, но также требует полной покорности сердца, например, провозглашая: "Люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душею твоею и всеми силами твоими" (Втор.6:5).
Закон порицает и осуждает грех, присущий человеческой природе, но он не уничтожает его. И как мы не можем преодолеть смерть, точно так мы не можем истребить свою врожденную порочность, из-за которой мы противимся Закону Божию. Эту порочность следует познать, дабы понять, что добродетели Христа, уничтожающего грех и смерть и возрождающего человеческую природу, приходят совсем с другой стороны. Закон, таким образом, говорит о той величайшей порочности, которую человеческая воля уничтожить или удалить не в состоянии. Посему воля пленена и не имеет свободы устранять смерть и развращенность человеческой природы.
В-третьих, возникает вопрос о духовных деяниях. Ибо от начала мира всегда были и теперь существуют живые члены Церкви, которые движимы не только человеческими силами и интересами, но в которых Святой Дух воспламенил духовные желания, познание Божие, страх Божий, веру, любовь и другие добродетели, в одних присутствующие в большей, а в других - в меньшей степени. Философы высмеивают эти представления, подобным же образом поступают пелагиане, но все же нет никаких сомнений, что Святой Дух излит в сердца верующих. Как об этом сказано в Зах.(12:10): "А на дом Давида и на жителей Иерусалима изолью дух благодати и умиления..." Мы должны знать, что нам даровано полное утешение, и в великих немощах надлежит всегда помнить об этом.
Благодать Божия безмерна и неописуема, ибо она обещает нам помощь Святого Духа. Как Христос сказал в Лук.(11:13): "Тем более Отец Небесный даст Духа Святого просящим у Него". Если бы Святой Дух не помогал нам, то еще большее моральное падение, еще большие скорби и бедствия отягощали бы нас, - как это происходило, да и по сей день происходит с язычниками и анабаптистами, запутавшимися в своих бредовых идеях. И неоспоримая истина заключается в том, что человеческая воля без Святого Духа не может порождать требуемых Богом духовных желаний, - истинного страха Божия, истинного упования на милость Божию, истинной любви к Богу, терпения и бодрости духа в скорбях и смерти, - подобно тому, как Стефан, Лаврентий, Агнес и неисчислимое множество других людей встречали смерть с великою твердостью.
Следует собрать относящиеся к данной теме библейские фрагменты, дабы опровергнуть пелагиан и побудить самих себя к поиску помощи Святого Духа, а также дабы мы могли увещевать тех, кто не водим Святым Духом, свидетельствуя им, что они не являются живыми членами Церкви.
Рим. (8:14): "Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии". Или еще, в ст. 9: "Если же кто Духа Христова не имеет, тот и не Его".
Эти два утверждения достаточно ясно и открыто свидетельствуют, что наследникам вечной жизни дарован Дух Святой, а также что Он направляет их. И можно совершенно определенно заключить, что выражение "Дух Божий" в данных фрагментах указывает не на человеческий разум, но на Святого Духа, исходящего от Бога Отца и Господа нашего Иисуса Христа, посылаемого в сердца верных, воспламеняющего познание Божие посредством Благовестия и побуждающего [верующих] на деяния, согласующиеся с Законом Божиим.
1Кор. (2:14): "Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия". Выражение "душевный человек" (psychichos) указывает на человека, живущего плотскою жизнью, то есть водимого только своим плотским разумом и своими плотскими чувствами, без Святого Духа. В данном фрагменте Павел проводит грань между плотским человеком и человеком духовным. Ибо, хотя определенное познание Закона Божия заложено в человека от рождения, все же у него возникают великие сомнения относительно промысла Божия, и даже еще более серьезные сомнения возникают у человека относительно Благовестия, - приняты ли мы Богом, и слышит ли Он наши молитвы. И, пребывая в этой тьме, каждое сердце с сомнением размышляет о том, правда ли, что Бог гневается на грехи, правда ли, что человек будет принят, услышан и поддержан в его скорбях. Рассуждая таким образом, наши души становятся благодушными и самодовольными в своем неосознании греха, они удаляются от Бога, и человек не понимает слов Апостола Павла: "Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия", и не делает из них вывода, что Бог гневается на грех, и не осознает этого гнева, и не имеет истинного страха Божия, - подобно тому, как Давид сразу же после совершения прелюбодеяния не чувствовал гнева Божия, но позже он осознал это, когда Святой Дух стал вновь направлять его. Подобным же образом и Саул удалялся от Бога, не взывал к Нему, не верил, что нуждается в помощи Божией, и не уповал на Него. (См. также Иоан.3:5; 6:44; 15:5.)
Ис.(59:20-21): "И придет Искупитель Сиона и сынов Иакова, обратившихся от нечестия, говорит Господь. И вот завет Мой с ними, говорит Господь: Дух Мой, Который на тебе, и слова Мои, которые вложил Я в уста твои, не отступят от уст твоих и от уст потомства твоего, и от уст потомков потомства твоего, говорит Господь, отныне и до века". Эти чудные, сладкозвучные слова повествуют о Церкви и учат о том, что такое Церковь, где она обитает, и каковы истинные благословения Божии, дарованные Церкви. Это собрание, провозглашающее переданное Апостолами и пророками Евангелие, является Церковью, и в этом собрании присутствуют живые члены Церкви, которым дарован Дух Святой и особые благословения, - Слово Божие, отпущение грехов, водительство Духа Святого и жизнь вечная.
Кроме того, мы должны знать, что Святой Дух действует через проповедь Евангелия, - когда Благовестие слышат, и когда о нем размышляют с молитвою, как сказано в Гал. (3:2) и далее. То есть мы принимаем обетования Духа верою. И неоднократно сказано, что когда мы размышляем о Боге, необходимо, чтобы нас направляло и вело Слово Божие, и чтобы мы не искали Бога помимо Его Слова. И, будучи водимы Его Словом, мы получаем три основания для совершения добрых дел, - Слово Божие, Святого Духа и человеческую волю, покорную Слову Божию, а не противящуюся Ему. Ибо человеческая воля может пренебрегать Словом Божиим, - так, согласно своей [непокорной воле], поступал Саул. Но когда разум, слушая и принимая Слово, не противится ему и не потворствует своим похотям, а, пребывая в сомнениях, под водительством Духа Святого стремится покориться Слову, в этом устремлении воля не тщетна.
Древние учили, что добрые дела происходят от предшествующей благодати и покоряющейся воли. Так, Василий говорил: "Только пожелайте, и Бог уже предшествует вам". Бог уже обратил нас, и Он призывает, предостерегает и направляет нас. Но мы должны следить за тем, чтобы не противиться Ему. Ибо очевидно, что грех производится нами, а не волею Божией. Златоуст сказал: "Побуждающий побуждает желающего". И в Иоан.(6:45) мы читаем: "Всякий, слышавший от Отца и научившийся, приходит ко Мне". Господь заповедует нам научаться, то есть слушать Слово, не противиться ему, соглашаться со Словом Божиим и покоряться Ему. Сказанное становится яснее, если мы в истинном сокрушении и истинной молитве познали сущность непокорства воли, и если бы мы могли оставаться абсолютно твердыми и непреклонными, то не было бы вовсе никакой борьбы, никаких противоречий и конфликтов, никаких страданий и терзаний у святых. И поскольку борьба велика и трудна, воля не бесполезна, но по слабости и немощности уступает. Если бы ее не побуждали к молитве эти обетования и свидетельства, и если бы ей не помогал Святой Дух, она была бы ввержена в погибель.
Я видел многих антиэпикурейцев, которые, сожалея о своих прегрешениях, утверждали: "Как же я могу надеяться на то, что буду принят в благодать, если я не чувствую, что новый свет и новые добродетели переданы мне? К тому же, если свобода выбора ничего не дает до тех пор, пока я не ощутил, что это рождение свыше, о котором вы говорите, произошло, то я останусь в своей непокорности и прочих порочных деяниях". Такие манихейские представления - страшная ложь, и нашему разуму следует избавиться от этих заблуждений, осознав, что свободный выбор [тоже] кое-что решает. Фараона и Саула никто ни к чему не принуждал, они по собственной воле воспротивились Богу, и об этом мы должны вспоминать всякий раз, когда возникает потребность в ясном свидетельстве Божия присутствия.
Равно как мы не должны допускать бредовых манихейских измышлений, будто существует определенное число не способных к обращению людей, которых они называют "земными", или "материально мыслящими". И обращение Давида произошло отнюдь не так, как камень мог бы быть обращен в смоковницу. Но свободная воля производила нечто в Давиде. Услыхав обличение и обетование, он добровольно и радостно исповедал свою веру. И воля его действовала, когда он утешал себя словами [Нафана]: "Ты не умрешь" (2Цар.12:13). И когда он искал утешения для себя, ему помогал Святой Дух, как сказал Св.Павел: "Оно [благовествование] есть сила Божия ко спасению всякому верующему" (Рим.1:16), - тому, кто не противится, то есть кто не пренебрегает обетованием, но принимает его и верует в него. Также см. 2Кор.3:8 и Гал.3:14.
Если бы этого обретения качеств следовало ожидать безо всякого содействия с нашей стороны, как ошибочно полагают энтузиасты и манихеи, то не существовало бы никакой надобности в евангельском служении, и в наших душах не было бы никакой борьбы и никакого смятения. Но Господь учредил это служение для того, чтобы Его призыв мог быть воспринят, и чтобы мы могли познать своим разумом обетование и принять его, а также чтобы мы могли бороться со своей склонностью к непослушанию, и чтобы при этом Святой Дух мог продуктивно действовать в нас.
Посему позвольте мне ответить людям, оправдывающим свой отказ от стремления [бороться со своей склонностью к непокорности] тем, что якобы свобода выбора отсутствует. Несомненно, что повеление Божие покориться голосу Евангелия, слушать Сына Божия и исповедовать Его Своим Ходатаем - вечно и непреложно. Сколь ужасен грех человека, не желающего принять то, что Сын Божий дарован человечеству в качестве Посредника! "Я не участвую в этом", - говорите вы. Но в действительности это возможно. И когда вы укрепляете себя голосом Евангелия, - молитесь о помощи Божией и знайте, что утешение Святого Духа действенно. Знайте, Бог желает, чтобы именно таким образом мы были обращены, - молясь и сопротивляясь своей склонности к непокорности и своей греховности. И некоторые из древних говорили об этом следующим образом: "Свободный выбор человека - это способность прилагать себя к благодати, то есть наша свободная воля слышит обетование, стремится согласиться с ним и противостать грехам, неприемлемым для человеческой совести". Такого не происходит в демонах. Посему нам следует помнить о разнице между демонами и родом человеческим. Далее, эти положения становятся яснее, когда принимается во внимание обетование. Поскольку обетование является всеобщим, и поскольку воля Божия не противоречива, - несомненно в нас самих имеет место некоторая причина, из-за которой Саул отвергнут, а Давид - принят, то есть должна быть разница в деяниях этих двух людей . Когда все сказанное понимается правильно, оно справедливо и полезно для истинной веры и утешения. Поскольку наши души покоятся в Сыне Божием, явленном нам в обетовании, это проливает некоторый свет на связь причин, кроющихся в Слове Божием, Святом Духе и воле человека.
Более того, если рассмотреть всю жизнь верующих, то, несмотря на имеющую место великую немощность, все же существует некоторая свобода воли, поскольку Святой Дух в действительности уже оказал некоторую помощь этой воле, и она способна совершать кое-что для избежания внешних грехов. Когда Иосиф противостоял искушению прелюбодеяния, именно Слово Божие и Дух Святой направляли его разум так, что Слово ободряло его душу, а разум свидетельствовал ему, сколь велики могли бы быть разрушительные последствия его уступки диаволу, что привело бы к утрате обретенного дара, гневу Божию, наказанию в этой жизни, в жизни грядущей и ко многим последующим прегрешениям и мерзостям. Побуждаемая этими мыслями, его воля возвысилась, и Святой Дух укрепил его в немощах, угасил пламя похоти в его сердце, воздвиг страх Божий и веру, которые склонились перед Богом, обратили к Нему все страхи и взыскали водительства Божия, а также счастливого исхода сложившейся ситуации. При этом воля не была тщетна, она сражалась со всеми искушениями, повелевая очам и стопам избегать повода к падению. Этими примерами объясняются причины добрых деяний.
Более того, все сие было сказано для того, чтобы поддержка Святого Духа могла быть усилена, а наше усердие увеличилось, как сказал Христос: "Отец Небесный даст Духа Святого просящим у Него" (Лук.11:13). Он не обещал ничего подобного тем, кто с презрением отвергает Его, безразличным или противостоящим Ему, позорно мечущимся от одного греха к другому. И в другом месте сказано: "Всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет" (Мат.25:29). И Павел заповедует нам бодрствовать, "чтобы благодать Божия не тщетно была принята" нами (2Кор.6:1).
Следует почаще повторять в своем сердце обетование Христово: "Отец Небесный даст Духа Святого просящим у Него" (Лук.11:13). Мы должны с особой внимательностью взирать на то, сколь великий дар Он обещает нам, и сколь часто и искренне Он заповедует нам просить о нем (см. также Мат.7:7). Поступая так, мы обретаем великое благо. Ибо вера побуждает нас просить, и нам необходимо просить из-за нашей небрежности и непокорности. Более того, наша непокорность усиливается тем, что мы пренебрегаем размышлениями об этом повелении и этом обетовании Христовом.
В-четвертых, мы всегда должны принимать во внимание факты и действия, имеющие место вне нас. Ибо, одно дело - говорить о самих этих вещах, и совсем другое дело - говорить о выборе воли относительно этих вещей. Поскольку многое в жизни происходит при сложном стечении обстоятельств, зависящих не только от нас самих, как, например, произошло в случае с Давидом, который был вынужден бежать из-за преступления своего сына. Кроме того, человек часто заблуждается в своих суждениях, как, например, это было с Иосией, который думал, что поступает правильно, ввязываясь в войну с египтянами.
Многочисленные предостережения об этих опасностях даны у пророков, - как, например, в Иерем.(10:23): "Знаю, Господи, что не в воле человека путь его, что не во власти идущего давать направление стопам своим". Слово "путь" здесь понимается как призвание человека, из чего очевидно, что не все опасности могут быть видимы, и что последствия и успехи находятся не в нашей власти. Моисей был призван вывести народ из Египта, - он никак не мог предвидеть 40 лет в пустыне, и сколь огромное множество людей будет скитаться там, нуждаясь в воде и пище, он не догадывался, что из-за человеческой греховности и неверности у него возникнут проблемы в управлении, но он знал, что его успех зависел не от его собственных сил, а от воли Божией. Как сказано у Иеремии: "Не в воле человека путь его... не во власти идущего давать направление стопам своим", то есть призвание не может направляться только человеческими помышлениями или устремлениями, и движение не может быть правильным и удачным, если Бог не приходит к нам на помощь.
Иоанн Креститель сказал так же: "Не может человек ничего принимать на себя, если не будет дано ему с неба" (Иоан.3:27). Езекия был счастлив и удачлив в своем правлении, ибо ему помогал Бог. Ахав несчастлив, потому что Бог тому не способствовал. Марк Антоний хотел был единственным правителем, однако это не было даровано ему с Iебес, но досталось Августу. Подобные утверждения никак не упраздняют и не умаляют свободу воли, ибо здесь применимо сказанное выше относительно предведения. Но когда мы рассматриваем объективные вещи и явления вне себя, события, связанные со многими обстоятельствами, не зависящими от нашей воли, - как мы говорим, что воля одного лишь Помпея не может быть причиною победы, - [то это совсем другое дело].
Итак, хотя существует некоторая свобода выбора, нам все же следует принимать во внимание различные препятствия и затруднения, чтобы учиться сдерживать свою самоуверенность и искать помощи у Бога. Огромное множество событий происходит с человеком, уловленным в безнадежно запутанный лабиринт человеческих блужданий. Мы можем узнать об этом из молитвы Иосафата в 2Парал.(20:12): "Боже наш!.. Мы не знаем, что делать, но к Тебе очи наши!" И Христос говорит: "Не оставлю вас сиротами"; "Приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам" (Иоан.15:26). Бог пребывает с нами, Он избавляет нас от бед и исправляет наши ошибки, как сказано в Пс.144:18, 14, а также в 36:5.
И Павел засвидетельствовал: "Бог производит в вас и хотение и действие по Своему благоволению" (Филип.2:13). Это увещевание и утешение должно постоянно внедряться в наши сердца. И вы, пасторы и руководители церкви, - служите ли вы молодым людям или семьям, - должны обеспечивать для этого служения все необходимое и надлежащим образом, тщательно и осторожно направлять их, но помнить, что если Бог помогает вам в служении, то благие деяния [непременно] последуют, как сказано в Пс.126:1. Кроме того, многие непредвиденные опасности обрушиваются на нас… и вам следует молиться, чтобы Бог предотвратил их. Иногда вы впадаете в заблуждения, и надлежит молиться об избавлении от них, подобно тому, как чудным образом Бог исправил заблудшего Иону. Мы повседневно встречаемся с этими ограничениями нашей свободы.
Но всяческие смущающие и путаные суждения по этому вопросу появились потому, что люди в массе своей весьма легкомысленны, живут без дисциплины и порядка, ни о чем не беспокоясь и не заботясь, не упражняясь ни в вере ни в молитве. Как же такие люди могут видеть различия степеней действия или целей?
Павел отличался тем, что он не желал вносить в учение никаких сознательных изменений, порождаемых честолюбием или корыстью. Это до некоторой степени было в его силах, но продуктивность и эффективность его призвания - есть исключительно дар Божий. И также даром Божиим является то, что Павел не был причастен к доктринальным искажениям, - будь то по неведению, сознательно или через иные пороки, - и потому он молился столь пылко и ревностно о помощи и водительстве Божием.
Теперь я хочу поговорить о сказанном в Сирах.(15:14): "Он от начала сотворил человека и оставил его в руке произволения его". Это утверждение достойно всяческой похвалы, если понимать его с некоторой долей здравого смысла. Несомненно, что в немощности нашей природы заключено множество препятствий для нашей сво-боды. Во-первых - это извращение самой нашей природы, из-за которого познание Божие в наших умах стало туманным и неясным, а воля и разум отвратились от Бога и утратили страх Божий, не говоря уже о том, что мы не испытываем ни любви к Нему, ни упования на Него, и подвержены множеству отвратительных похотей.
Второе препятствие - это диавол, который, пылая ненавистью ко Христу, создает всевозможные ситуации, заманивая людей в различные ловушки и склоняя их ко грехам, и когда пламя разгорается, он усиливает наши похоти, как это было в случае с Каином, Саулом, Иудой и другими.
Третье препятствие связано с беспорядком и путаницею, имеющими место в этой жизни, - в огромном множестве скорбей и опасностей, переживая которые мы сталкиваемся с непредвиденными и безнадежно запутанными препятствиями, превосходящими всяческое человеческое понимание, - как, например, было с Давидом, не предвидевшим измену своего сына. Как гласит поговорка: "Не из тучи гром грянул".
Итак, поскольку в извращенности нашей природы существует множество препятствий нашей свободе, утверждение: "Бог оставил человека в руке произволения его" - не следует принимать слишком прямо, безо всякого истолкования. Такое превознесение свободы является обоснованным, если оно касается нашей природы в ее первозданном состоянии. Тогда человек находился во власти собственных благих намерений, то есть его свобода не была обременена ни тьмою, или извращенностью его природы, ни диаволом, ни изменчивыми обстоятельствами: его воля и способность совершать праведные дела были совершенно свободны. Но теперь, в нынешнем немощном состоянии, внутреннее желание следовать Закону Божию не возникает в нем без помощи Святого Духа. Действительно, как уже отмечалось выше, зачастую он не может даже внешне вести себя надлежащим образом. Посему, если человек полагает, будто утверждение из Сирах.15:14 следует относить к нашей природе в ее нынешнем состоянии, к сказанному надлежит добавить серьезную оговорку, - Бог оставил человека "в руке произволения его", в том смысле, что сам по себе человек может только стремительно деградировать, творить же благое он способен лишь при поддержке Святого Духа. Ибо даже тогда воля не тщетна или бездейственна, - что было очевидно, когда Иосиф боролся с собою, - и духовное побуждение даруется человеческой природе отнюдь не как что-то само собой разумеющееся. Но воля человека при содействии Святого Духа в определенном смысле свободна, то есть он может поклоняться Богу и действовать более правильно и последовательно.
Наконец, мы должны процитировать два упоминаемых довольно часто и нуждающихся в некотором пояснении фрагмента из Иеронима. Первый фрагмент: "Да будет предан анафеме всякий, говорящий, что Бог заповедал невозможное". По какому бы поводу это ни было сказано, несомненно, что цитирующие и провозглашающие это не задумываются о том, зачем Бог дал нам Свой Закон. Наша мирская мудрость учит нас, что законы издаются для того, чтобы их исполнять. Но Закон Божий был дан прежде всего для того, чтобы продемонстрировать осуждение Божие по отношению ко греху. Бог желает, чтобы Его гнев был очевиден, и гласом Закона Он обличает наши грехи. Справедливо и верно то, что мы должны любить Бога всем своим сердцем. Но, поскольку мы грешны, Закон осуждает и обвиняет нас, обрушивая на нас гнев Божий. Вторая задача Закона заключается в том, что он продолжает работу в тех, кто уже исповедал нашего Спасителя, примирен с Богом и принимает помощь от Него.
И посему, слыша выражение: "Закон неисполним", вы не должны обращаться за советом к своей мирской мудрости и думать о внешнем исполнении Закона, ибо Павел отрицает, что гнев Божий отвращается Законом, и настаивая на том, что по немощи нашей природы Закон не может быть исполнен.
Подобным же образом, в Рим.3:20 мы читаем: "Делами закона не оправдается пред Ним никакая плоть". В этом фрагменте Павел признает, что дела имеют место. Ведь он обсуждает внешние дела. В этом смысле Закон возможно исполнить. Но он отрицает, что человек обретает праведность благодаря этим делам, или что Закон может быть исполнен. Ибо Закон не устраняет грехов и гнева Божия, как не устраняет тьмы нашего разума, то есть того факта, что мы далеки от Бога в нашей воле и наших сердцах.
Таким образом, хотя люди по своему мирскому мышлению оскорбляются, когда кто-то говорит, что Закон исполнить невозможно, - все же это утверждение справедливо в отношении нашей извращенной природы, и Церковь должна учить, что существует различие между Законом Божиим, осуждающим наши внутренние грехи, - и человеческими законами, говорящими лишь о внешнем поведении. Церковь должна также учить этому, дабы люди понимали величие благодеяния Христа, взявшего на Себя наши грехи, поскольку Закон наших грехов не устраняет. Посему Он является нашим Посредником, и в Нем мы можем быть праведны, ибо Законом мы праведны быть не можем. И Он дарует нам Святого Духа, чтобы даже в нашей великой немощи Закон все же мог начать свою работу, и что-то полезное и благотворное могло произойти в нас и в других людях, и чтобы можно было противостать диаволу, расставляющему свои ловушки для всего рода человеческого.
Теперь следует рассмотреть также и второе утверждение Иеронима: "Да будет предан анафеме всякий, говорящий, будто Закон может быть исполнен без благодати". Краткое это изречение также требует пояснения. Ибо благодать должна пониматься не только как помощь Святого Духа, но включает в себя и учение о благодатном вменении, которое всегда происходит ради Христа, подобно тому, как даруется помощь Святого Духа. Ибо прежде всего необходимо, чтобы познание Христово и вера во Христа освещали наши дела.
Благодать должна пониматься прежде всего таким образом. Закон Божий также дарован посредством благодати, то есть - поскольку мы приняты Богом ради Христа, верою, и соделаны членами Христовыми - не вызывает сомнений, что мы уже угодны Богу так, словно мы уже полностью и совершенно исполнили Закон. Это великое благословение, что грех таким образом погребен, и мы, недостойные люди, приняты Богом.
Кроме того, благодать следует также понимать в смысле помощи, в которой мы столь нуждаемся. Наш разум должен воспламеняться светом истинным и повиноваться Слову Божию. Желания веры должны возникать в наших сердцах, наши умы также должны быть побуждаемы к принятию того, что благотворно для нас и для других, - не будем забывать, как Давид по собственному человеческому рассуждению совершил пагубное деяние, решив произвести перепись своего народа (1Пар.21:1). Посему нам следует непрестанно молиться о том, чтобы мы могли совершать дела, угодные Богу и полезные людям и Церкви. Ни те, ни другие не могут быть совершены без помощи Божией и водительства Его. Более того, бесспорно, что, когда мы молимся, Он желает пребывать с нами и даровать нам Свое изобилие, о чем Христос ясно и определенно свидетельствует в Лук.11:13.
Если мы испытали это в своей жизни, то данное учение может быть понято лучше и яснее. Но, поскольку лишь немногие ищут этой помощи, а остальные даже с каким-то отчаянием бегут от Бога и ищут человеческой мудрости, - они не обретают познания обетований и добродетелей Христовых. Нам надлежит преодолевать это невежество и непокорство, осознавая, сколь велики наше ничтожество и опасности, в которых мы пребываем, и взывая к Богу в истине. Ибо, поступая так, мы познаем, что обетования Божии действительно истинны, о чем сказано в Мат.7:7, а также в Пс.144:18.
В этом утверждении Иеронима мы имеем два благословения. Закон приходит посредством благодати, - то есть в результате того, что Бог вменяет нам праведность ради Христа, - и при содействии Святого Духа, ибо, хотя покорность есть лишь начало, и мы все еще очень далеки от того, чтобы исполнять Закон, мы все же угодны Богу ради Христа. Таким образом, обе эти концепции содержатся в утверждении: "Итак, мы уничтожаем закон верою? Никак; но закон утверждаем" (Рим.3:31), [то есть верою Закон утверждается] во-первых, посредством вменения, ибо ради Христа мы примиряемся с Богом, без Которого Закон является лишь гласом проклятия. И во-вторых, потому что верою принимается Святой Дух и начинается послушание, угодное Богу ради Христа.

предыдущая | содержание | следующая

Locus VI. Человеческие силы, или свободный выбор